Домой Культура Белое против чёрного, или почему в России горе от ума

Белое против чёрного, или почему в России горе от ума

Белое против чёрного, или почему в России горе от ума

Спектакль «Русское горе… от ума», поставленный на сцене театра «Школа современной пьесы» по произведению классика Александра Грибоедова, является невидимым, смелым диалогом со зрителем, гротеском на современную действительность. Авторы спектакля, обозначив жанр «игрой с комедией», будто бы смеются над сегодняшней действительностью, мало отличающейся, несмотря на амбиции, от нравов прошлых веков.

Вступлением к спектаклю стали написанные Яном Френкелем слова «Горе, русское горе! И удивительно, что от ума… Здравствуй, русское горе, я твой тонкий колосок». С первых минут они настраивают зрителя на провокационный настрой постановки.

Сюрпризы ждут зрителя на каждом шагу. Прежде всего это наполовину чёрно-белые костюмы, в которых актёры поворачиваются к зрителям то одной, то другой стороной, усиливая образ персонажа, его чувства и мысли.

Второй сюрприз — декорации. Они все выполнены из бумаги и тем самым придают легкий образ материального мира, не придавая ему особого значения. Художник Алексей Трегубов затянул всю сцену в чёрное полотно, где скинув белую жилетку или цилиндр, артист, подобно иллюзионисту, может вмиг раствориться в воздухе. Его начатую реплику легко продолжает коллега, материализовавшись из черноты.

Зритель, который хорошо знает классическое произведение, будет слегка удивлён — в спектакле много скрытых смыслов. Например, Чацкого в белом фраке, надевшего его по случаю возвращения из путешествия на родину, окружают тени: белые лица и вздыбленные в воздухе белые швабры, косы, серпы и молоты. В нужный момент, весь этот каламбур становится понятным, когда серп перекрестился с молотом.

Читать также:  Райкин — Полянкину: Ты меня никогда не забудешь

«Подобной версии вы еще не видели: Фамусов и Чацкий поют арии, София танцует танго, Лиза исполняет куплеты, ну а хор комментирует происходящее не хуже, чем в древнегреческой комедии», — отзываются о спектакле авторы.

На протяжении всего сюжета зритель попадает в параллели: чёрное-белое, современность или прошлый век. Авторы дают возможность каждому в отдельности увидеть свое время, несмотря на которое прослеживается одна сюжетная линия — молодой человек пожил заграницей, увидев комфорт и вольности, вернулся в родное отечество, где его ждут старые разбитые дороги, отсутствие легкой жизни и чиновники, утверждающие, что карьерный рост надо добиться связями, а не умом и трудолюбием. Еще и невеста его давно охладела и влюблена в молодого успешного лизоблюда и бюрократа — Молчалина.

Ключевой сценой спектакля становится рассуждение Чацкого про дым отечества. Монолог исполняется хором актеров и начинается в ритме вальса, далее сцену затягивает красноватый туман, а вальс перерождается в энергичный марш.

В заключительной сцене отвергнутый обществом и любимыми людьми Чацкий меняет свой классический фрак на современную рыжую куртку.

На глазах у публики Чацкий превращается в Бродского, увлекшегося работой на печатной машинке. Последний свой монолог он произносит с манерой автора — надрывно-распевными интонациями поэта. Груз времени сутулит его фигуру, он выпивает «на троих» с незнакомцами и готовится в путь, не понятый, в вынужденную иммиграцию.

Авторы увеличивают трагизм ситуации и, не дав актерам сыграть пьесу до конца, выводят на сцену убирающих ее работников клининговой службы, как знак крушения идеалов, замену их другими понятиями, новым миром.